В пятнадцать лет танцы — удовольствие, в двадцать — предлог, в сорок — тягость.
В любом возрасте у человека остаётся право совершать глупости — ради благосклонного или признательного взгляда.
В пятнадцать лет танцы — удовольствие, в двадцать — предлог, в сорок — тягость.
В любом возрасте у человека остаётся право совершать глупости — ради благосклонного или признательного взгляда.
— Разрешите?
— А вы всегда с папироской танцуете? И в шапке? Так вот, с такими я не танцую!
Застрелил бы на месте любого, кто иронизировал бы по поводу моей любви, моей веры или моего патриотизма! Но, к счастью, времена меняются. Нынче дуэли не в ходу. И вообще всё стало «лайт». Любовь-лайт, вера-лайт, патриотизм-лайт. А я вовсе не ропщу!.. Всё идёт своим чередом! Всё к лучшему в этом лучшем из миров, как говорил мудрец Вольтер.
Смысл жизни не в том, чтобы ждать, когда закончится гроза, а в том, чтобы учиться танцевать под дождем.
(Жизнь — это не ожидание того, что шторм закончится. Жизнь — это учиться танцевать под дождем.)
Странное дело: чем больше я говорил, тем моложе становились мои слушательницы — возраст, подобно слою пыли, сдуваемому ветром, сходил с них.
Больше всего я жалею о том, что из моей жизни исчезла спонтанность. Это же так круто: в жопу всё, поехали в Вегас. Но я так больше не могу.