Ты обвился вокруг
Виноградной лозой;
Напоив меня собственной кровью,
Ты свалился без сил,
Но меня не спросил —
Я, быть может, такого не стою!
Ты обвился вокруг
Виноградной лозой;
Напоив меня собственной кровью,
Ты свалился без сил,
Но меня не спросил —
Я, быть может, такого не стою!
Мои чувства и мысли нырнули в туман,
Разум мой удалился от дел;
Как признанья мои превратились в обман,
Ты не слышал — а я не смотрел...
Наши души сцепились голодным зверьём,
А телам было этого мало -
И наутро безумное сердце мое,
Застонав, на весь день умирало,
Чтоб воскреснуть для крика натянутых струн,
Чтобы ночью стать арфой твоею;
нервы сталью звенят -
Но больнее стократ
То, что я доиграть не сумею.
Мой добрый католик, иди, помолись костру,
На котором сгорела твоя сестра.
Иди, поклонись той виселице поутру,
На которой был вздёрнут твой брат.
Он был нужен вам, чтобы воплотить ваши мечты о достойной жизни. А вот вы нужны ему для того, чтобы подпитывать его болезнь, удовлетворять, если хотите, его кровожадность. Деспоту нужна жертва.
Я помню смех того, кто разрушал миры моих фантазий.
Я помню всех, кого по дури пробовал любить.
О, Господи, прошу о том, чтоб я ни разу
Не попытался их в себе убить!
Не разыгрывайте Несчастную Жертву.
Разыгрывать — не значит «представлять то, чего нет». И тем не менее можно погрузиться в состояние Несчастной Жертвы, а можно этого не делать.