— Ты можешь скопить себе на будущее.
— К чёрту будущее!
— Нет, Тони, ты не можешь «отыметь» будущее. Это оно может «отыметь» тебя. Оно тебя догоняет и «имеет», если ты его не спланировал.
— Послушайте, для меня будущее — сегодня, и я его спланировал.
— У нас обоих фамилия на ту же букву.
— [саркастически] Вау! Когда мы поженимся, мне не придётся менять инициалы на чемоданах.
— У нас обоих фамилия на ту же букву.
— [саркастически] Вау! Когда мы поженимся, мне не придётся менять инициалы на чемоданах.
— Ты в постели так же хорош, как на танцплощадке?
— Знаешь, Конни, если бы ты была так же хороша в постели, как на танцплощадке, но я не сомневаюсь, что ты никудышная любовница.
— Тогда как же получается, что мне всегда присылают цветы на следующий день?
— Может, они думали, что ты умерла.
Разговоры о прошлом всегда когда-нибудь кончаются. Когда прошлое приближается к настоящему, их тема иссякает.
Значит, приходит пора говорить о будущем.
Пожалуй, мы все трое это понимаем. Но молчим.
Будущее – это то, что нельзя увидеть, нельзя познать, нельзя понять и чего нельзя избежать.
Мы не видим его и не знаем, но стоит ему наступить, как пути назад уже нет.
Время идет вперед и никогда назад. И мое время тоже будет идти вперед, и об этом надо подумать сегодня. Умные люди заранее готовят свое будущее.
Мы чувствуем, что цивилизация в своем поступательном движении отрывается, что ее отрывают от традиционных исторических корней, поэтому она должна зондировать свое будущее, она должна сегодня принимать решения, последствия которых спасут или погубят наших детей и внуков. Такое положение дел выше наших сил, и его иногда называют future shock – шок будущего, потрясение от видения непостижимого, раздираемого противоречиями, но вместе с тем и неотвратимо приближающегося будущего. Это положение дел застало литературу и science fiction неподготовленными. То, о чем сегодня говорит «нормальная» беллетристика, как и то, что рассказывают разукрашенные книги SF, уходит и уводит от мира, который есть, и тем более от мира, который стоит у ворот, – у ворот, ведущих в XXI век. «Обычная» литература часто замыкается в себе самой или прибегает к мифологическим мутациям, к алеаторизмам (alea – игральная кость, жребий; алеаторика – учение о случайности, алеаторизм – введение случайных элементов), к языку темному и запутанному – а science fiction превращается в псевдонаучную сказочку или пугает нас упрощенными картинами грядущих кошмаров цивилизации. Обе склоняются к подобным формам – отказу от действий, которые придавали литературе качество, которое Дж. Конрад назвал «воздаянием по справедливости видимому миру». Но чтобы воздать по справедливости, надо сначала понять аргументы спорящих сторон; поэтому нет ничего более важного, чем попытки понять, куда наш мир движется и должны ли мы этому сопротивляться или, принимая это движение, активно в нем участвовать.
Если человек прикидывает планы на завтра, умирать сегодня он определённо не собирается!
Никто не знает, что ждет его в будущем. Только настоящее — вот что есть у каждого из нас.
Cлайд с цитатой