В тебе разверзлась чёрная дыра — поверь мне, я знаю, что это такое. Но это не значит, что ты должен в неё падать.
— Быть нормальным — не так плохо.
— Быть такими, как мы, в сто раз круче!
В тебе разверзлась чёрная дыра — поверь мне, я знаю, что это такое. Но это не значит, что ты должен в неё падать.
— Он ушёл.
— Думаешь?
— Он всегда так делает. Ему становится скучно, и он... он... дёргает за верёвочки. Так было с Миром Апокалипсиса и... возможно, со всеми другими мирами. Он уходит и начинает новую историю. Но знаешь что? Это хорошо. Потому что если он свалил — остались только мы. Впервые — только мы.
— И где-то три миллиарда призраков.
— Да. Подумаешь, всего лишь ещё один Апокалипсис.
— Проснись и пой, Сэмми.
— Чувак, Азия?
— Да брось! Ты же торчишь от этой песни!
— Да уж, если послушаю её ещё раз — удавлюсь.
— Ась? Прости, чёта я тебя не расслышал.
— Привет, старушка, соскучилась?
— Это что за хреновина?
— Это айпод.
— Надо было содержать её в порядке, а не помывать мозги.
— Хм, Дин, я считал ее своей.
— Я осмотрел всё и не нашёл никакой тайной комнаты.
— Поэтому она и называется тайной.
— Сколько убитая весила раньше?
— 75 кг.
— Считай 80. Известный факт: все женщины врут о своем весе и возрасте.
— Погоди-ка, на днях ты сказал официантке, что тебе 29.
— Эй, и не забудь: мне побольше лучка.
— Дин, мне этот твой лучок потом всю дорогу нюхать.