Очень дорогой ресторан. Там люди отмечают день рождения. Едят и едят. Фуагра уже из всех ушей и носа лезет. Думаю, люди деньги жрут.
Я должна бежать на заседание клуба противников ветчины. Сегодня боремся против ветчины на железной дороге.
Очень дорогой ресторан. Там люди отмечают день рождения. Едят и едят. Фуагра уже из всех ушей и носа лезет. Думаю, люди деньги жрут.
Я должна бежать на заседание клуба противников ветчины. Сегодня боремся против ветчины на железной дороге.
— А себе что-нибудь выбрали?
— Не-а, — печально сказала Полина. — Пива Тед не нашёл, а шоколад весь белый.
— Я думал, ты и белый любишь.
— Люблю. Когда он такой с самого начала, а не по жизненным обстоятельствам.
У моделей грудь — двухкнопочный калькулятор. Вскормить этой грудью она сможет лишь своего продюсера.
— Минутку... А что, в Канаде нет американского сыра?
— Есть, но он называется «Плавленный сыр».
— А на вкус такое же дерьмо?
— Да. В целом, да.
Когда думаешь об еде, то на душе становится легче, и Тетка стала думать о том, как она сегодня украла у Федора Тимофеича куриную лапку и спрятала ее в гостиной между шкафом и стеной, где очень много паутины и пыли. Не мешало бы теперь пойти и посмотреть: цела эта лапка или нет? Очень может быть, что хозяин нашел ее и скушал.
— Между прочим, в ней (в пасте) крокодильи яички. Очень питательно.
— А я и не знал, что у крокодилов есть яички, — сказал профессор самых современных рун.
— Больше нет, — заметил слугобраз Шноббс.
— Доедайте, папа купил на десерт ватрушку.
— Нет, нельзя! Сберегу ее на особый случай, когда вы все уедете…
— Что это такое?
— Суши..
— Су.. что?
— Сырая рыба и водоросли...
— Ты ешь эту гадость, а язык парня тебе противен?