Ты из тех, кто способен услышать меня, даже если я буду молчать.
Подлинная суть другого не в том, что он открывает тебе, но в том, чего он открыть не может. Поэтому, когда хочешь понять его, вслушивайся лучше не в то, что он говорит, а в то, чего он не говорит.
— Зачем вы мне это рассказали?
— Просто так, чтобы поговорить.
— Так ли нужно всегда говорить? Я не хочу говорить, мне больше нравится молчать. Чем больше говорим, тем меньше нас понимают.
— Возможно, но может можно...
— Не знаю.
— Я понял, что мы не сможем прожить, если не будем разговаривать.
— Мне нравится жить не разговаривая.
— Да, это хорошо, здорово, однако... Это как будто любить еще больше. Но ничего не получается.
— А почему? Слова выражают именно то, что мы хотим сказать. Может, они предают нас?
Трудно понять человека, если он ни о чем не говорит. И совсем невозможно, если он говорит ни о чем.
Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово. Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения.
Филипп редко говорил красивые слова, но он любил его, Нирока, и готов был умереть ради него. Нира убила Филиппа, но ведь и Нира тоже говорила, что любит Нирока... Неужели любовь может быть такой разной? Неужели Нира в самом деле любит его?
Что же тогда сказать о Сорене? Разве Сорен мог любить своего брата, который в раннем детстве выбросил его из родительского дупла? Но ведь Сорен заколебался в последний момент, во время кровавой битвы в пещере...
Что же это такое — любовь? Может быть, любить — значит понимать кого-то и доверять ему? Если это так, то любовь похожа на веру. Не на ту веру, когда ты слепо доверяешь всему, что тебе сказали, а на ту, которую ты обрёл своим желудком, разумом и сердцем.
«Вера и любовь — это два крыла одной совы», — решил Нирок. Он сделал и другое открытие. Он понял, что любовь сильнее, чем ненависть. Любовь Филиппа заставила его восстать против своей матери. Любовь к Филиппу никогда не позволит ему вернуться к Чистым. Может быть, именно любовь или обещание любви позвало его на поиски правды.
Возможно, Нирок ещё не всё знал о любви, но он понял, что её могущество огромно.
Когда Фолкнера спросили: «Я ничего не понял в «Шуме ярости», хотя прочёл его три раза. Что мне делать?» — «Прочитать в четвёртый...»
Cлайд с цитатой