Поистине, каждое дитя — в определенной мере гений, и каждый гений — в определенной мере дитя.
Другой вариант: еm>
Каждый ребёнок в какой-то мере гений, и каждый гений в какой-то мере ребёнок.
Поистине, каждое дитя — в определенной мере гений, и каждый гений — в определенной мере дитя.
Другой вариант: еm>
Каждый ребёнок в какой-то мере гений, и каждый гений в какой-то мере ребёнок.
Конечно, проще не думать.
Труднее не говорить — о чём ты думаешь.
Да, это философия и очень грустная философия. Когда начинаешь копаться в порядке вещей — хочется побольше молчать. Вообще молчать.
А зачем все эти слова? Здесь не до слов.
И не до людей и не до их поступков.
Одно дело — рассуждать о необходимости сделать первый шаг, и совсем другое — по-настоящему шагнуть в неизвестность.
Если больной сохраняет присутствие духа и аппетит — это самый лучший признак возможного выздоровления.
— Рай — это не место.
— Я и не говорил, что его можно найти на карте... Если бы он был на небе птицы первыми попали бы туда. Если бы он был под водой, людей опередили бы рыбы.
— Тогда где же он?
— Внутри тебя самого. И снаружи тоже.
Первое препятствие на пути к себе — это зависть. Если один человек завидует другому, он тем самым отказывается от самого себя. Он как бы говорит: «Я себе не нравлюсь, я хочу быть другим». И после этого он уже не может быть самим собой, он фактически убивает себя.
Неудача — не преступление; преступно ставить перед собой цели ниже своих возможностей.