врачи

У него доброе лицо, красивое, какими бывают худые лица, и на нем нет того выражения, которое присуще всем врачам. Тебе ведь знакомо это выражение, оно у них почти у всех одинаковое. Напоминает тусклую вывеску, гласящую: «Только я могу спасти вас».

— Почему ты стал врачом? Почему именно хирургом?

— Ну, потому что для проктолога я слишком весёлый, а для гинеколога слишком влюбчивый. А для хирурга у меня всё сложилось. У меня ловкие руки и острый ум.

— А если серьёзно?

— Да чёрт его знает! Понимаешь, это мужская профессия. Сразу видно, чего ты стоишь. В операционной ведь никого не обманешь. Тут всё от тебя зависит. Решения принимаешь ты.

— А везение?

— Везение... Это уже Бог! При этом каждый делает свою работу сам. Он — свою, я — свою. При том, когда я свою работу делаю хорошо, то и Боженьке полегче.

Участковый врач давно отвык принимать решения (“да” и “нет” не говорите, черный-белый не берите) и обращается с больным так: “Сердце болит при быстрой ходьбе? А куда вам торопиться?”

— А разве мы стали врачами не для того, чтобы лечить пациентов?

— Нет, мы стали врачами для того, чтобы лечить болезни.

Говорят, из врачей получаются самые плохие пациенты.

Врач должен быть чистоплотным, ходить в хорошей одежде, ибо всё это вызывает доверие больных.

Люблю зубных врачей за их любовь к искусству, за широкий горизонт, за идейную терпимость. Люблю, грешный человек, жужжание бормашины — этой бедной земной сестры аэроплана, — тоже сверлящего борчиком лазурь.

Я не понимаю, как наши врачи учатся на мертвых, а лечат живых.

Так многие врачи делают. Дают тебе пилюлю и снова выставляют на улицу. Им нужны деньги, чтоб расплатиться за то, чего им стоило образование.

— Женщина-врач? Не сработаемся.

— А что мне делать?!

— Смените пол!