кино

Режиссеры обычно снимают фильм, рассчитывая именно на показ в кинотеатрах. Поэтому они так часто пытаются впечатлить нас пейзажами и гигантскими существами. На домашнем видео их замысел часто перестает работать, но современная техника дает нам возможность пережить ощущение от похода в кинотеатр даже у себя дома. Давайте смотреть кино правильно: так, как это задумывали его создатели!

— Я чувствую разницу между тем, когда я сижу на лошади и управляю ею, а не она мной.

[Том начинает смеяться]

— Извините, я просто представил себе это.

Для многих, наверно, открытие, но обычно зритель ассоциирует себя с главным героем и сильно переживает за то, что с героем происходит. Здесь главного героя нет, здесь шайка дегенератов. Может ли зритель ассоциировать себя с группой дегенератов и переживать за них? Нет, не может. Может ли ассоциировать себя с конкретным дегенератом и переживать конкретно за него? Ну вот конкретно ты, будешь ли ты переживать за судьбу маньяка Чикатило? Если да — тебе прямая дорога в дурдом, где тебе попытаются помочь хорошими таблетками и хотя бы оградят от тебя общество. Нормальный зритель не ассоциирует себя с серийным убийцей.

Нормальный зритель не переживает за маньяка. Нормальный зритель хочет, чтобы убийцу — убили, а маньяка — усыпили. И дегенераты из фильма Отряд самоубийц ни малейшего сочувствия и сопереживания не вызывают.

У них есть дети? Какая прелесть. А у тех, кого они убивали — детей и близких нет? У них есть возлюбленные? Какая прелесть. А у тех, кого они убивали, возлюбленных нет? Что общего может быть у нормального человека со скотом? Ничего. Ну а если ты сегодня сопереживаешь маньяку-убийце, завтра ты будешь сопереживать Гитлеру. Хотя, о чём это я? Многие давно и успешно Гитлеру сопереживают.

Ты должен удовлетворить аудиторию, но оставить её слегка голодной, чтобы ей хотелось еще. Сегодня фильмы пытаются объяснить абсолютно всё, и к концу это становится скучно.

Игровое кино — это в первую очередь нарратив. В визуальном искусстве ты конструируешь форму и пытаешься взаимодействовать с ней. По крайней мере, я так понимаю. Художник пишет картину и создает статичную образную структуру, которая воздействует на человека эмоционально, причем это воздействие может быть длительным, растянутым на годы. В игровом кино главное — история, сюжет, где бы ни происходили события: в Тимбукту, Папуа — Новой Гвинее, на Аляске или в Хельсинки. У фильма есть преимущество: он может быть доступен множеству людей одновременно, чего не скажешь об изобразительном искусстве.

Вчера хлебнул горя — смотрел картину «Конец полустанка».

Если фильм имеет успех, это бизнес. Если фильм не имеет успеха, это искусство.

Если смотреть «Матрицу» задом наперед, то можно увидеть, как Киану Ривз завязывает с наркотиками и получает стабильную работу в компании.

Одной рукой он отмеряет специи, другой обнимает меня за плечи. Увидела бы в кино такую лирическую сцену, плеваться стала бы: что за слюни-сопли развели! А в жизни быть участницей подобного эпизода чертовски приятно.

Хорошо пьяного сыграть в кино может только трезвенник.