Оливия Данэм

Некоторые женятся, чтобы не быть одинокими. Некоторые расходятся по той же причине.

— Я понимаю, что он не виноват во всех бедах мира, но некоторые все же причинил он.

Иногда то, что мы пробуждаем, невозможно опять усыпить...

— Значит, у этого существа были когти льва и зубы змеи?

— Мне это напоминает одну женщину в Кливленде...

— Уолтер, между укусами где-то десять сантиметров, значит, эта змея около двух с половиной метров длиной!

— Её звали Хэрриет...

— Как у нас дела? [Оливия заходит в лабораторию]

— Похоже, мы ищем змею-льва по имени Хэрриет.

— Значит, у этого существа были когти льва и зубы змеи?

— Мне это напоминает одну женщину в Кливленде...

— Уолтер, между укусами где-то десять сантиметров, значит, эта змея около двух с половиной метров длиной!

— Её звали Хэрриет...

— Как у нас дела? [Оливия заходит в лабораторию]

— Похоже, мы ищем змею-льва по имени Хэрриет.

— Я не понимаю, как убийство миллиардов людей вообще может быть ради общего блага.

— Это потому, что у тебя ещё есть такая роскошь как принципы! Я вынужден быть прагматичным.

— Просто я знаю, как жить с вопросом, в котором не поставил точку, вот и всё.

— Поздравляю, это применимо к львиной доле населения планеты.

— Он может сбросить груз с плеч, понимаешь? Что может быть лучше, чем закрыть тему навсегда?

— Я всегда завидовала, как ты рано встаёшь!

— А я всегда завидовала, как ты встречалась с двумя парнями одновременно...

— А у тебя кто-нибудь есть?

— Вроде того...

— Странное имя — «вроде того».