Музыку ведь редко воспринимают серьёзно. Моё глубокое убеждение, что средний человек боится музыки. Музыка — разрушитель его обыденного мироощущения. Она бесплотна, но способна воздействовать. Она не обязательна, поскольку создается искусственно, но в то же время всегда присутствует везде — в шумах, в ритмике. Это тайна, которая разрушает линейный мир причинно-следственных связей. Попробуйте поставить обычному человеку серьёзную музыку и заставьте его её слышать (а не слушать), то есть чтобы она звучала не просто как фон. Вы увидите, как ему будет неуютно. Именно поэтому он нуждается в таком количестве как бы «стёртой» музыки, которая создавала бы впечатление, что музыка есть, но в то же время убивала бы её сущность. Огромным количеством такой музыки, звучащей вокруг, современный человек загораживается от тайны музыки настоящей. То есть музыка звучит, чтобы её не слышать.
Илья Кормильцев
Cлайд с цитатойМы живём сейчас в такое время, когда видимое изобилие всего вокруг — изобилие музыки, изобилие мыслей, якобы, значит, изобилие информации, книг, всего такого, оно в общем скрывает тот очевидный факт, что мы живём посреди пустыни, где на самом деле мало что может взволновать человека и мало что его может затронуть по-настоящему.
Все люди, идущие в одну сторону, они очень быстро попадают в канаву рано или поздно, если не находится хотя бы одного, который скажет: «Давайте обойдём эту канаву с другой стороны».
Но мысль, что всё можно изменить какой-то революцией, восстанием, это глупость. Потому что поле боя в конечном счёте – сам человек. Должен быть изменён сам человек.
я знаю эту женщину:
одни ее зовут — свобода
другим она — просто судьба
и если для первых — она раба
вторым она — святая судья
и первые пытаются взять ее в плен
и заставить стирать им носки
но вторые знают что тлен это тлен
и живут без особой тоски
Переставляя символы прошлого в надежде получить нечто новое, мы обречены бесконечно разыгрывать одну и ту же шахматную партию. Настоящие перемены наступают, когда с доски сбрасываются все фигуры.
Мы мечемся с все возрастающей скоростью в крохотной тесной Вселенной, переполненной просроченными желаниями и отложенным на завтра счастьем.
Нам объяснили, что исследовать внешний космос слишком дорого, а внутренний — слишком опасно, нас обещали сделать равными Богу, а превратили в занятое изнурительной и бессмысленной суетой стадо потребителей, поклоняющихся «кумирам на час».
Две категории людей недоступны моему пониманию: люди, которым нравится повелевать, и люди, которым нравится подчиняться.