Адам Мицкевич

День добрый, восходи, даруй нам свет небесный

И людям озаряй их жизни труд совместный,

Ночь добрая. укрыть любовников спеши.

Как ты бесхитростна! Ни в речи, ни во взоре

Нет фальши. Ты сердца влечешь не красотой,

Но каждому милы твой голос, облик твой,

Царицей ты глядишь в пастушеском уборе.

Я пережил любовь, казалось, неземную,

Пылал и тосковал, лил слезы без конца.

А ныне все прошло, не помню, не тоскую, -

Ты счастьем низошла в печальный мир певца.

К тебе, одиночество, словно к затонам,

Бегу от житейского зноя -

Упасть и очнуться в холодном, бездонном.

Омыться твоей глубиною!

Едва запела ты — я был заворожен,

И ширилась душа, забыв земное горе,

Как будто ангел пел, и в голубом просторе

Спасенье возвещал нам маятник времен.

Иль в том была твоя невольная вина,

Что выдали тебя смущённых глаз признанья,

Что мне доверила ты честь без колебанья,

И в стойкости своей была убеждена?

Ах, сердце, отстрадав, как этот луг, увяло.

Огнём прекрасных чувств оно тебя питало,

Когда я молод был и был тобой любим.

Хоть по своей вине оно преступным стало,

Хоть много мучилось, принадлежа другим,

Не презирай его — ведь ты владела им.

Несчастлив, кто любя, любим не может быть.

Несчастнее его — кто, не любя, томится,

Но всех несчастней тот, кто к счастью не стремится,

Кто больше никогда не в силах полюбить.

Веселые вчера простились мы с тобой:

Своей назвал тебя. И, словно окрыленный,

Я ныне шел к тебе, счастливый и влюбленный.

Услышать милый смех, увидеть взор живой.

Ты гонишь? Иль потух сердечный пламень твой?

Его и не было. Иль нравственность виною?

Но ты с другим. Иль я бесплатных ласк не стою?