Марк Леви

Невидимое глазу не перестает существовать.

— На что ты смотришь? — спросила Джулия.

— На тебя.

— И о чём же ты думаешь, глядя на меня?

— О том, что ты очень хороша и похожа на свою мать, — ответил он, едва заметно улыбаясь.

Прошлое таково, каково оно есть, вот и всё.

Храбрость — это то, что заставляет стремиться вперёд, не бояться новой жизни. Не бояться — значит надеяться.

— Мы договаривались, что обсуждать с ней это буду я. Что ты ей наплёл?

— Ничего конкретного, так, общая беседа про то, что меня интересует больше всего.

— Вы не обсуждали ничего, кроме секса?

— Ты бываешь таким болваном, Люк! Представь, обсуждали, и много чего!

— Не станешь же ты мне внушать, что сегодня ночью в меня влюбился?

— С таким умом — и такая дурочка? Поразительно!

— Не шути с такими вещами, Джош, у меня всего одно сердце, и мне не хочется, чтобы его растоптали.

Может быть, любовь как тень – наступит на нее кто-то и унесет с собой?

Некоторые мгновения имеют привкус вечности.

Одри взволнованно посмотрела на зажатый в ладони телефон, с улыбкой погладила циферблат и убрала его в карман. Её попутчица выдохнула и смогла наконец перевернуть страницу своей книги. Она только что прочла одну и ту же строчку двадцать семь раз подряд.