Константин Костин

— Мой ижевский друг говорит, что хороший Токанахана — мертвый Токанахана.

— А красивая у нас природа! У вас, небось, такой нету!

— Да уж, куда лесам моей родной Техасщины до ваших...

— А мне еще восемнадцати нету!

— Чего? Вчера же двадцать два было?

— Мне шестнадцать... с половиной.

— То-то и заметно. К двадцати двум пора бы сиськи и побольше отрастить.

— Леха, а эти черти по-русски говорят?

— Нет. Поэтому здесь я. Я — переводчица.

— А ты чего делаешь?

— Приласкать тебя хотел.

— А бриться вначале не пробовал?

— Это еще зачем?

Что поделать, если законы принимают те, кто должен таблетки принимать.

В бинокль я насчитал пару десятков человек, занятых повседневными делами, коими занимается любое преступное сообщество в промежутках между своими антиобщественными деяниями: кто-то подметал площадку, кто-то ремонтировал грузовик.

(угадывая цвет на букву «Ф»)

— Фиолетовый?

— Нет.

— Фиалковый?

— Нет.

— А какой же тогда?

— Фклеточку!

Что поделать, если законы принимают те, кто должен таблетки принимать.