Может быть, смерть и есть главный уравнитель, то великое, что в конечном счёте заставляет незнакомых людей лить друг о друге слёзы?
Смерть завершает жизнь, но не отношения.
Может быть, смерть и есть главный уравнитель, то великое, что в конечном счёте заставляет незнакомых людей лить друг о друге слёзы?
— Давай начнем с того, — сказал Морри, — что каждый знает: он когда-нибудь умрет, но никто в это не верит... Потому что если б мы верили, то жили бы по-другому.
Смерть — ещё не конец...
Смерть — по сути начало...
И умирать — значит готовиться к новой жизни...
А если так — то умирать не страшно...
— Я выбрал себе погребальное место.
— Где же это?
— Недалеко отсюда. На холме под деревом, возле пруда. Тихое, безмятежное. В таком месте хорошо размышлять.
— Вы там собираетесь размышлять?
— Я там собираюсь лежать мёртвым.
Все-таки мы отличаемся от растений и животных. До тек пор, пока мы любим друг друга и сохраняем это чувство любви, мы, умирая, не исчезаем. Нежность не умирает. Воспоминания не умирают. Ты продолжаешь жить в сердце каждого, чьей жизни в свое время коснулся любовью и заботой.
Столько людей кругом ведут бессмысленную жизнь. Они всё делают как будто в полусне, даже когда думают, что заняты чем-то важным. И всё потому, что гоняются за чем-то не тем. Чтобы сделать жизнь осмысленной, надо любить других людей, заботиться о тех, кто вокруг тебя, создавать то, что имеет смысл и значение.
Хотелось ли вам когда-нибудь получить возможность еще хотя бы раз поговорить с человеком, которого вы любили и потеряли, помириться с ним или исправить какие-то ошибки, перенестись в то время, когда вы думали, что этот человек будет жить вечно?
Почему люди собираются вместе, когда кто-то умирает? Почему люди считают, что они должны это сделать?
Потому, что в глубине души они чувствуют: все жизни взаимосвязаны. Смерть, забирая одного из нас, оставляет в живых кого-то другого, и за короткий промежуток времени между той минутой, когда она оставила тебя в живых, и той минутой, когда она тебя забрала, жизнь твоя меняется.
... время бесценно, словно вода, текущая из открытого крана, и, чтобы не потерять его, я должен нестись во весь опор.