Если человек не может убить Бога, это сделает дьявол.
Знаете древнейшую ложь Америки, сенатор? Что власть не бывает преступной.
Если человек не может убить Бога, это сделает дьявол.
— Когда ты оставишь в покое прошлое?
— Посмотри на звёзды, Кларк. Некоторые из них погасли тысячи лет назад, но их свет только сейчас достиг нас. Прошлое всегда влияет на настоящее, я не могу этого изменить.
Могу сказать без всяких сомнений, что есть бесконечное число вселенных. Некоторые из них такие же, как наша... или совсем такие же, может быть, кроме одной-двух важных вещей.
— Новое правило?
— Мы преступники, Альфред, всегда ими были, ничего не изменилось.
— Неет, изменилось... все изменилось. Люди падают с небес, а боги мечут молнии, невинные погибают. С этого все начинается, Сэр. Гнев, ярость, чувство полного бессилия. Хорошие люди становятся... жестокими.
— Зачем ты привел его в город?
— В порту никого нет. И здесь есть оружие, которое убьет его.
— Ты нашел копье?
— Не до него было.
— Эта штука, эта тварь, она питается энергией.
— Эта тварь из другого мира. Моего мира.
— Я уже убивала тварей из других миров.
Мой отец всё подвергал проверке, каждый поступок. Проиграл — неудачник, сочувствуешь кому-то — слабак. Таково мое воспитание.
Раз, два, три, четыре, пять. Вышел Бэтмен погулять. Раз, два, три, четыре, пять... с микрофоном всё в порядке.
— Ты остался один, Лютор.
— С гениями такое часто случается...
— Или с психопатами вроде тебя.
— Вы, герои, все одинаковы. А вблизи вы ещё ничтожнее. Сейчас я сломаю тебе хребет.
— Не испытывай моё терпение, Лекс.