Открытый микрофон

Знаете, когда мне было лет двадцать и я плохо выглядела, я знала, что посплю и утром всё будет нормально. Сейчас это не работает. В 28 ты просыпаешься такая как-будто бы только что вернулась с пасеки.

0.00

Другие цитаты по теме

Я не хочу думать про возраст, но кругом знаки. Кругом. Мне моя подруга недавно рассказала анекдот, а потом снова рассказала его же через пятнадцать минут. И самое обидное, что я это поняла когда уже смеялась второй раз.

У каждого своё время. Ты можешь смотреть на тридцатилетнего человека и знать, что, когда волосы его поседеют, а лицо покроют морщины, он обретёт свою наилучшую внешность. Взять того же профессора, Дональда Трефузиса. Подростком он должен был выглядеть смехотворно, ныне же стал самим собой. Другие, чей подлинный возраст составляет лет двадцать пять, стареют гротескно, их лысины и раздавшиеся животы оскорбляют то, чем эти люди были когда-то.

А вдруг что-то пойдет не так? Вдруг, я после этой операции не смогу улыбаться. То есть, я буду улыбаться, но для всех это будет незаметно. А вместо этого у меня будет сгибаться колено. — «А что это у нас Лена вприсядку пошла?» — «Да это она ржёт!» Вот оно мне надо?

— Как тридцать шесть?

— Да, да, я моложе вас, Анатолий Ефремович, а на сколько я выгляжу?

— На тридцать... пять...

На свои годы не выгляжу, выгляжу моложе, потому что седею снизу.

— Папа, почему мужчины лысые?

— Когда мужчины лысые, у них голова сияет и остается больше места для лица.

Я не знаю, как воспитывать ребенка, потому что я сам еще ребенок. Вот когда мы играем в настольные игры, у меня нет цели чему-то ее научить, я просто хочу выиграть!

Она вообще не умеет проигрывать. Она сразу плачет. Я ее жалею, конечно, но у самого в голове: «Ты знала, с кем связываешься! Надо уметь читать правила! В пять лет пора уже!»

Когда китайцы смотрят на солнце, в их глаза можно опускать монетки.

Я знаю немецкий язык, как мама и сестра. И получается, все понимают по-немецки в семье кроме папы. Но он очень рад, потому что он хотел бы не понимать нас вообще. Он бы хотел забыть даже русский и уйти в горы, но там нет телевизора.