Государство — это я.
Порочность всех государственных и правительственных планов очевидна сразу: в них не закладывается возможный предел погрешности (допуск на ошибку).
Государство — это я.
Порочность всех государственных и правительственных планов очевидна сразу: в них не закладывается возможный предел погрешности (допуск на ошибку).
Упорядоченности и силы государства нельзя приобрести извне, они кроются во внутренней политике.
Порой в политике блеф допустим, но это занятие не для глав государств. На этом уровне нужно быть, а не казаться.
Не пожалеем мела, начертим большой квадрат
Размером со страну, а может даже больше.
И тех, кто в него не войдет, мы будем карать.
Всех, кто из него выйдет, мы покараем тоже.
Убийство одного человека – это преступление. Убийство тысячи человек – это уже политическая акция. Сжечь одну машину – это преступление. Сжечь тысячу машин – это уже политическая акция.
Государства — это же на самом деле не разноцветно-бесформенные пятнышки на карте. Это люди. Алчные. Злобные. Подлые. Из-за них любой мир рано или поздно заканчивается войной. Просто лотерея, — какому поколению придется рыть окопы, а кому повезет вымирать от СПИДа, автомобильных аварий и прочих, абсолютно мирных напастей.
Мне очень жалко тех людей, которые верят, что у политиков есть мораль, что правящие партии руководствуются одними лишь благими целями и что государство — их надёжный защитник. Мне жалко их, потому что, когда они вдруг лишаются своей уверенности, их жизнь превращается в ад.
Во всех государствах справедливостью считается одно и то же, а именно то, что пригодно существующей власти.
Взаимоотношения между руководителями страны, правительства, государства, личные взаимоотношения играют не последнюю роль в том, как движется исторический процесс.