Я висел в пустоте и видел сны. Много снов, красивых и страшных одновременно. Снов, где я просто был наблюдателем, снов, где я проживал тысячи жизней, снов, которые были просто с нами. Сны шли и шли, сменяясь, как разноцветные картинки игрушечного калейдоскопа моего далекого детства. Сны, ни к чему не обязывающие, сны, над которыми стоило задуматься, сны, которые стирались из моей памяти, как только они заканчивались и уступали место другим, ни на что не похожим снам.
— Все развлекаешься? Богом-тирлим и труль-ля-ля?
— А ты все бурчишь и думаешь о худшем? Дурацкая у тебя жизненная позиция, Гаррет!
— Не согласен! У меня прекрасная жизненная позиция!
— Думать о худшем это прекрасная жизненная позиция? Это кто-же тебя надоумил?
— Я сам. Вот смотри, я тебе сейчас объясню...
— Послушаем, послушаем.
— Вот ты бегаешь, песенки поешь и говоришь, что всё будет хорошо. А когда это «хорошо» не случается, что ты делаешь?
— Я расстраиваюсь, конечно
— Вот! А я нет, так как всегда склонен ожидать худшего, и, когда оно случается, не расстраиваюсь, а продолжаю жить дальше, да еще пытаюсь выпутаться из случившейся неприятности. А если не приятность не случается, а происходит совсем наоборот, я искренне радуюсь неожиданному сюрпризу!
Cлайд с цитатой