Уж если говорить о переводах,
Которым отдал я немало лет,
То этот труд — как всякий труд — не отдых,
Но я о нем не сожалею, нет!
Он был моей свободою и волей,
Моею добровольною тюрьмой,
Моим блаженством и моею болью -
Сердечной болью, а не головной.
Чудеса да и только — порою
Поражался я им: почему
Восхищается мальчик строкою,
Не совсем еще ясной ему?
Поэзия! Будь на ногу легка,
Чтоб в гости ездили поэт к поэту,
Чтоб разум не сидел у камелька,
А бодро путешествовал по свету.
Быть может, в этом-то и корень зла,
Что — как признала братская беседа -
Недалеко от глупости ушла
Безрадостная мудрость домоседа.
Мне на днях предъявили угрюмый упрек -
И, казалось бы, выхода нету:
Будто все, что я в сердце скопил и сберег,
Только вам выдаю по секрету.
Если правильно люди о том говорят,
Значит, надо условиться вместе,
Что Поэзия — это секретный доклад
На всемирном читательском съезде.
Ручей стихов,
Поток любви летучей,
Куда стремитесь вы, в какую даль?
Ведь даже день, не омраченный тучей, -
Для вас лишь кубок, где на дне печаль.
Есть женщина на берегу залива.
Ее душа открыта для стиха.
Она ко всем знакомым справедлива
И оттого со многими суха.
В ее глазах свинцовость штормовая
И аметистовый закатный штиль.
Она глядит, глазами омывая
Порок в тебе, — и ты пред ней ковыль...
Разобрали венки на веники,
На полчасика погрустнели...
Как гордимся мы, современники,
Что он умер в своей постели!
И терзали Шопена ла́бухи,
И торжественно шло прощанье...
Он не мылил петли́ в Ела́буге
И с ума не сходил в Сучане!
Даже киевские письмэ́нники
На поминки его поспели.
Как гордимся мы, современники,
Что он умер в своей постели!..
И не то что бы с чем-то за́ сорок -
Ровно семьдесят, возраст смертный.
И не просто какой-то пасынок -
Член Литфонда, усопший смертный!
Ах, осыпались лапы ёлочьи,
Отзвенели его метели...
До чего ж мы гордимся, сволочи,
Что он умер в своей постели!
Как верить приглаженной Музе?
Гадаешь — придет, не придет.
Глаза подозрительно сузит,
Презрительно губы сожмет.
С горы опять летят лохмотья туч:
Сатиновое в пятнах одеяло.
Шиповник отцветающий колюч.
Я мир любить весь этот перестала.
Одна лишь грусть.
Печальные стихи.
Намыль вдохновеньем слова,
Ступив на скамеечку славы.
И кругом пойдет голова
Всерьез, а не ради забавы.
Поэт беззащитен, как тля.
Нас пять, а быть может, и десять.
Поэзия – это петля:
Повесишься или повесят.
Cлайд с цитатой