— Это я могу и сама.
— Обычно в отношениях все, что ты можешь сделать сама, делает за тебя другой человек.
— Позже я тоже сделаю то, что ты можешь сделать сам.
— Пообещала.
— Это я могу и сама.
— Обычно в отношениях все, что ты можешь сделать сама, делает за тебя другой человек.
— Позже я тоже сделаю то, что ты можешь сделать сам.
— Пообещала.
— Мне нужно ещё кое-что обсудить. Хочешь услышать это или нет?
— Я был рождён, чтобы тебя слушать.
— Что ты хочешь сделать первым делом, когда вернешься в Корею?
— Набрать полную ванну горячей воды и нырнуть в неё. А вы, капитан?
— А я хочу на это посмотреть.
— С тобой можно будет связаться?
— Международная сеть там будет недоступна, но я обязательно буду звонить при первой же возможности. Подожди меня три месяца, а когда времена года сменятся, я обязательно вернусь.
— Почему ты рискуешь жизнью во всем, чем бы ни занимался?
— Я хорошо делаю свою работу и часть моей работы — остаться в живых.
— Я или страна?
— Конечно, ты.
— А что будет со страной?
— Она не умеет ревновать, она просто верит в меня.
— Так как же тебя зовут?
— Ю Си Чжин. А тебя?
— Кан Мо Ён.
— Раз вы врач, значит у вас нет парня. Слишком заняты.
— А раз вы солдат, у вас нет девушки. Слишком тяжёлая работа.
— Я всегда защищаю красивых женщин, стариков и детей. Это правило моей жизни.
— Слава богу! Я подхожу под одну из категорий.
— Вовсе нет.
— Я говорю о стариках!
— Из меня не выйдет хороший отец. Поздновато для этой роли.
— Я не хочу больше отцов. Будешь моим другом?
— До последнего вздоха.
Она расхохоталась. Ее обнимал ее капитан. Ее обнимал неистовый шторм. Ее обнимала эта новая жизнь, которую Кеннит ей подарил.
— Ты — мой шторм, Кеннит! — сказала она. И добавила потихоньку, про себя: — И когда я несусь на крыльях твоих ветров, я даже сама себе нравиться начинаю…