Я напоминаю себе, что боль – это хорошо. Боль говорит о том, что у меня есть рука. И что я все еще жива.
Глаза мои открыты, и теперь я вижу все.
Я напоминаю себе, что боль – это хорошо. Боль говорит о том, что у меня есть рука. И что я все еще жива.
Раньше я думала, что это и есть мое волшебство – дар видеть то, чего не видят другие, то, в чем они не хотят признаться даже самим себе. Но на самом деле, чтобы увидеть, достаточно просто открыть глаза.
Мои же глаза всегда широко открыты.
Толпа вопит, требуя крови, все мое тело дрожит. Но я должна успокоиться. Чтобы говорить ясно и понятно. Чтобы рассказать правду. Я не позволю им запугать меня и заставить молчать.
Я вовсе не считаю, что замужество – это честь. Оно дает жилище, но отнимает свободу. Конечно, надеваемые на тебя кандалы обиты ватой, но от этого они не перестают быть кандалами.
Я больше не витаю в облаках – сегодня я твердо стою на земле, как будто мы оба пустили в нее корни.
Перед Богом и Евой мы открываем друг другу наши сердца и принимаем свою судьбу. Мы встречаем ее вместе.
В этом темном лесу, в этом проклятом месте мы обрели благодать.
В диких местах самым опасным врагом являются не звери и даже не разгул стихии, а твое собственное сознание.