— Вы живете здесь один? Человек не должен жить один.
— Некоторым это нравится.
— Нет, так быть не должно.
— Вы живете здесь один? Человек не должен жить один.
— Некоторым это нравится.
— Нет, так быть не должно.
Как плохо быть холостяком, старому человеку напрашиваться, с трудом сохраняя достоинство, в гости, когда хочется провести вечер вместе с людьми, носить для одного себя еду домой, никого с ленивой уверенностью не дожидаться, лишь с усилием или досадой делать кому-нибудь подарки, прощаться у ворот, никогда не подниматься по лестнице со своей женой, болеть, утешаясь лишь видом из своего окна, если, конечно, можешь приподниматься, жить в комнате, двери которой ведут в чужие жизни, ощущать отчужденность родственников, с которыми можно пребывать в дружбе лишь посредством брака — сначала брака своих родителей, затем собственного брака, дивиться на чужих детей и не сметь беспрестанно повторять: у меня их нет, ибо семья из одного человека не растет, испытывать чувство неизменности своего возраста, своим внешним видом и поведением равняться на одного или двух холостяков из воспоминаний своей юности.
Можно быть неодиноким холостяком, а два одиночества способны безрадостно сосуществовать в браке.
Женщина — просто одинокая душа, как он сам. Двое одиноких людей не смогут заполнить пустоту друг для друга. Такие отношения обречены на разочарование. На самом деле ему нужна семья.
— Классная у вас работа, парни.
— Быть охотником — не работа, Адам. Это жизнь. Ты учишься на медика. У тебя есть девушка, друзья? (Адам кивает). Больше нет. Если ты будешь этим заниматься, то не сможешь позволить себе никаких связей. Никогда. Это — слабое звено. Ты подставишь этих людей под удар, убьёшь их. Такова цена. Ты без оглядки порываешь со всеми.
Иногда мне кажется, что есть, должны быть люди, похожие на меня, не удовлетворённые формами страсти, ни формами жизни, желающие идти, хотящие Бога не только в том, что есть, но в том, что будет. Так я думаю. А потом я смеюсь. Ну, есть. Да мне-то не легче. Ведь я его, такого человека, не встречу. А если встречу? Разве, чтоб «в гроб сходя благословить». Ведь через несколько лет я буду старухой (обозлённой прошлым, слабой старухой). И буду знать, что неверно жила.