Я пытался представить себе поэму, состоящую из одних дат.
Кровью она уже написана, осталось лишь переписать ее чернилами.
Я пытался представить себе поэму, состоящую из одних дат.
Кровью она уже написана, осталось лишь переписать ее чернилами.
Как ни старались нас разложить по полочкам, а шкаф-то все равно медным тазом накрылся.
Вам кажется, что я часто говорю, прищурив глаз? Ничего подобного, меня просто ослепляет блеск собственного ума.
Сегодня никто уже не пытается создать искусственного человека. И настоящим сыты по горло.