Это дар природы, дар судьбы,
То, что людям дано только для ходьбы.
Вот они — наши властелины.
Мы же только их рабы!
Это дар природы, дар судьбы,
То, что людям дано только для ходьбы.
Вот они — наши властелины.
Мы же только их рабы!
Главный критерий современной моды — это, конечно, ноги. Если они вытесняют своей длиной даже силиконовый мозг, то обладательница явно родилась с золотой ложкой во рту.
— Красивая. Слишком красивая. Таким, как ты, Женька, нужна невысокая, нестройная, неброская серая мышь, чтобы весь остальной мир вздохнул спокойно. Потому что спаренные красавцы вызывают недовольство толпы. Красивая женщина имеет право любить богатого или хотя бы умного мужчину, ни ростом, ни фигурой, ни лицом не вышедшего. Красивый мужчина имеет право любить нефасонистую самку, потому что ему так удобнее, и к тому же она хорошо готовит, првильно гладит брюки и отличная мать. И все друзья, приятели и просто знакомые разной степени случайности будут понимать, сочувствовать о одобрять подобные союзы. Два вызывающе красивых человека, любящий друг друга, будут оскорблять всех окружающих одим лишь фактом своего сосуществования. А если это ещё и достаточно долго продлиться... В общем, не завидую я вам. Вы всегда будете одиноки в толпе. Наплевать. Лишь бы вы не были одиноки вместе.
Мэри Талбот, жена Тома Талбота, была красотка. У неё были рыжие волосы, чуть в прозелень, золотистая кожа, как бы подсвеченная изнутри зеленым, и зелёные глаза с золотистыми искорками. Овал лица у неё был лисий, треугольный — широкий в скулах и сужающийся к подбородку. У неё были длинные ноги танцовщицы и стопы, как у балерины. Когда она шла, ноги её почти не касались земли. Чуть она разволнуется, а волновалась она постоянно, лицо её вспыхивало золотом. Её пра-пра-пра-пра-прабабку сожгли на костре как ведьму.