Михаил Геннадьевич Делягин

Но почему мы отказались от ОПЕК+? Потому что мы бы с рынка уходили, а наша нефть замещалась бы дорогой американской сланцевой нефтью и достаточно дорогой бразильской шельфовой нефтью, которая в общем-то тоже находится под контролем США. То есть низкие цены на нефть — для нас это просто неприятно, а для американцев — очень неприятно. И учитывая, что саудиты являются их вассалами, долго они играть в эту игру не смогут. Наверное, 1-2 недели. Резервов в Фонде национального благосостояния 10 трлн руб, а всего резервов в федеральном бюджете — 13,5 трлн руб. Если бы эти деньги эффективно направлялись на развитие российской экономики с 2004 года, мы бы вообще никаких проблем не видели. Но в качестве запаса «на всякий пожарный случай» этих денег хватит на несколько лет, поэтому никаких истерик возникать не должно. Истерику раздувают те люди, которые были недовольны, когда в 1999 году тогдашний премьер Евгений Примаков развернул самолет над Атлантикой и не поехал на переговоры в США, узнав о бомбардировках в Югославии. Тогда кричали, что этот разворот стоил нам 15 млрд долларов. И сейчас та же истерика: Россия посмела защищать свои интересы, а это для некоторых недопустимо.

Другие цитаты по теме

Немногие знают, что в течение всей войны Япония добывала нефть по концессии на советском [северном] Сахалине. Всю войну, пока американские солдаты гибли в Тихом океане. До августа 1945 года – до самого вступления СССР в войну. Нефти было не очень много, но для Японии любое количество было важно.

Социальное государство — важнейшее, основополагающее достижение человечества. Его цель — освободить человека от отупляющей и обессиливающей его борьбы за существование, от страха за будущее, от рутинных забот, чтобы максимально развить его и дать ему возможность сконцентрировать свои растущие силы на главном.

Либерализм есть фашизм сегодня. Либерализм — это сегодняшняя реинкарнация фашизма. Он отличается от классического фашизма точно так же, как информационные технологии отличаются от индустриальных. В информационную эпоху либерализм решает те же самые задачи и выражает те же самые интересы, которые в эпоху индустриальную представлял фашизм. Так что здесь никаких иллюзий быть не должно. Когда наши сограждане говорят: «либеральные реформы более разрушительны для России, чем гитлеровское нашествие» — они правы.

Русские разворачиваются на восток, к Китаю — на удивление европейцам. Мне всегда казалось, что в отношениях России и Китая нефть и газ постепенно вытеснят Маркса и Ленина.

Разумеется, более десяти лет назад, когда нам говорили, что иракцы будут забрасывать нас на улицах цветами и приветствовать как своих освободителей, я не купился на эти заверения. Но если уж хотите услышать мое мнение, то эти цветы Ирак может оставить себе. Пусть лучше расплатится нефтью. Эту нефть следует забрать именно нам. И вот почему: потому, что иракцы не смогут её сохранить. Итак, если Иран или ИГИЛ собираются захватить иракскую нефть, я говорю: мы должны захватить эту нефть первыми, разработав с Ираком план раздела затрат.

... незадолго до смерти Сталина одну из ключевых ролей в государстве занял Михаил Андреевич Суслов. Оглядываясь назад, мы можем определить, в чём была главная ошибка Суслова. Он намертво законсервировал государственную идеологию в том виде, в каком она существовала при Сталине, и в течение всей своей жизни ревностно следил, чтобы это состояние не менялось, — а Суслов прожил, как известно, до января 1982 года... Результатом стало то, что на протяжении более чем сорока лет государство с точки зрения развития политической модели не продвинулось никуда.

— Ну ладно, – согласилась Квара. – Это был удар ниже пояса. Но таким же ударом была и отправка сюда именно тебя, чтобы вытащить из меня информацию. Игрой на моих чувствах.

— Чувствах?

— Потому что ты… ты…

— Калека, – закончил за нее Миро. Он не думал, будто жалость лишь все усложнит. Вот только что он мог с этим сделать? Что бы он не делал, будет делать это как инвалид.

А ты в курсе, что вороны очень умные? Они приспособились к людям, как крысы и тараканы. Они поняли, как нас понимать.

Однако теория диссонанса предсказывает, что чем более жалкое вознаграждение человек получает за поведение, несовместимое с его взглядами, тем больше вероятность, что он свои взгляды переменит.

Два тростника пьют воду из одного ручья. Но у первого стебель полый, а у второго — сахарный.