Она научилась не ждать справедливости и не обманывать себя ожиданиями.
Он тебя ненавидит. Даже если испытывает желание, все равно ненавидит тебя.
Может, из-за этого ненавидит сильнее.
Она научилась не ждать справедливости и не обманывать себя ожиданиями.
Он тебя ненавидит. Даже если испытывает желание, все равно ненавидит тебя.
Может, из-за этого ненавидит сильнее.
Можно забрать вещь, когда никто не видит. Но сохранить ее и отстоять, даже имея на своей стороне преимущество, – нелегкая задача. Власть гораздо легче взять, чем удержать.
Мне, плохо знавшей, что такое власть, нужно быть осторожной в отношении этого чувства. Власть ударяет в голову слишком быстро, как фейрийское вино.
Фехтование – те же шахматы. Предугадать ход противника и выставить блок, прежде чем тебя достанет сталь.
Но в эти шахматы играют всем телом. После такой партии остаются синяки, усталость, недовольство всем миром и собой.
Они кружатся в танце, распевают свои песни, пьют золотистое вино, отгадывают загадки и сыплют проклятиями, а я смотрю на них с высоты королевского трона. Они прекрасны и ужасны, они могут презирать меня как смертную, насмехаться надо мной, но здесь, наверху, – я, а не они.
Сложно судить по справедливости там, где преступления и зло перешли грань человеческого понимания.
— Справедливость? Нет в Америке справедливости. Существует только одна справедливость. Спроси семью Кеннеди, спроси мертвых, да любого спроси!
Дюк встал с кресла качалки... и достал пушку сорок пятого калибра.
— Вот она. Это и есть единственная справедливость в Америке. Это единственное, что понятно любому.
Наш великий предок Амир Темур повелел золотыми буквами начертать мудрые слова: «Где царит закон, там есть и свобода». Законодательная, исполнительная и судебная власть — вот три основные опорные точки государства.