Хэл Элрод. Магия утра. Как первый час дня определяет ваш успех.

С одной стороны, мы все хотим быть счастливыми. С другой — все мы знаем, что именно делает нас счастливыми. Но мы этого не делаем. Почему? Очень просто. Мы для этого слишком заняты. Слишком заняты для чего? Слишком заняты для того, чтобы быть счастливыми.

Другие цитаты по теме

Многие помнят евангельскую притчу о человеке, у которого удался необычайно богатый урожай. Он и до того, по-видимому, жил неплохо, но на этот раз, ввиду особого изобилия урожая, стал рассуждать, что ему делать с таким богатством. И решил – ни больше, ни меньше – как сломать свои старые житницы, построить новые и после этого зажить, как следует. Ешь, мол, пей, веселись, душа моя, всего у тебя полно [1]!

Очень красноречиво сказано! Действительно, о чем только и мечтает человек в течение всей истории? О том, как бы достичь такого научно-технического прогресса, когда можно будет ничего не делать, а только есть, пить и веселиться. Счастье тогда, кажется, будет достигнуто. Но чем завершаются эти вечные мечты богача?

С ним происходит то, о чем он (а мы?) не думал и думать не хотел. Бог произносит суд о нем: «Безумный! В сию ночь душу твою возьмут у тебя» (Лк. 12. 19). Не просто сказано: ты умрешь (и это было бы страшно), но – возьмут (по церковно-славянски сильнее: истяжут) душу твою. И дело даже не в том кратком промежутке времени (в сию ночь), который отделил мысли и мечты богача от момента, когда его душу истягнули из тела. Этот момент для каждого из нас может измеряться разным промежутком времени: часами, днями, месяцами, годами. Но в любом случае все они – миг. Ведь каждый из нас прекрасно осознает, что его предшествующая жизнь прошла как сон — неважно, сколько ему сейчас лет – 20, 50, 70... Время – это какая-то удивительная, странная вещь: кажется, и есть оно – и в то же время нет его. Недаром еще древние греческие мудрецы говорили: прошедшего не существует, поскольку оно уже прошло, настоящего нет, так как это неуловимый момент, будущего – поскольку оно еще не пришло. А что же есть, что наступит для нас за мигом земной жизни?

Увы, приговор евангельскому богачу: истяжут душу твою, – произносится над всеми теми, кто весь смысл своей жизни видит лишь в том, чтобы есть, пить и веселиться.

Ушло веселье из садов.

Под снегом сломанные сливы

И гроздья сморщенных шаров -

Когда-то праздников шумливых.

Ушло веселье из садов.

Под снегом сломанные сливы,

А с ними кольца тех годов,

Когда мы были так счастливы.

Вам не известно, сколько длится счастье...

Счастливые потом всегда рыдают, что вовремя часов не наблюдают.

Правда, счастливым он был недолго. Но разве дело во времени? Оно может только служить препятствием на пути к счастью, а в остальном его можно и не принимать в расчет. Мерсо одолел эту преграду, а уж сколько там сумело прожить порожденное им новое и счастливое существо — два года или два десятка лет — это значения не имеет. Счастье состояло в том, что он дал жизнь этому существу.

Время

бродит вокруг,

облачённое в наряды

из счастья

и горя.

Счастливых женщин время обходит стороной.

Есть закон, по которому перед страшными, всё меняющими ударами человеку всегда посылаются минуты вот такого маленького счастья.

Счастливые часов не наблюдают, а после жалуются, что счастье длилось так коротко.

И даже теперь, будь у меня время… Только бы вырваться на свободу. А все остальное — это так, вроде дождичка, что поливает камни. Освежило, ну и прекрасно. Пройдет день — и они раскалятся от солнца. Мне всегда казалось, что счастье — оно такое и есть.