Январский день. Морозцы голубы.
Углы судьбы метельны и не резки.
Идет старик, дробя процесс ходьбы
На шаткие неровные отрзки.
Январский день. Морозцы голубы.
Углы судьбы метельны и не резки.
Идет старик, дробя процесс ходьбы
На шаткие неровные отрзки.
Манка, сахар, молоко...
Зимовать у нас легко -
Дни листать, пережидать,
Осязая в круговерти
То ли острый запах смерти,
То ли двери в благодать.
Воскресный вечер. Холод. Недосып.
В крови дремота. В поднебесье сыпь.
В ходу ушанки из друзей Мазая.
Из под ногтей раздавленного льда
Сочится охлажденная вода
И тут же стекленеет, замерзая.
На языке воды, бормочущей в ночи, мы
Не значим ничего, и нам названья нет.
В нем наши имена и дни неразличимы
И, как тела в реке, не оставляют след.
Мадам Розе я обещал бы все что угодно, только чтоб сделать ее счастливой, потому что даже в глубокой старости счастье еще может пригодиться.
Когда обрушится зима, и смолкнет птичья трель,
И сад в пустыню превратит свирепая метель -
Найду тебя, приду к тебе, чтоб быть навек вдвоем,
И мы пойдем — рука в руке — под снегом и дождем!
Как она подкралась, старость,
Как внезапно подсекла?
Может быть, перестаралась
Глубь зеркального стекла.
Когда зима приходит,
С деревьев листья облетают,
И лишь сосна
Зелёной остаётся
На горном пике.