Да, мы с Голубкой побывали в аду, зато потом нашли свой рай. Может быть, мы, двое грешников, и не заслужили такого счастья, но жаловаться я не собирался.
Если я не могу опустить небеса, я подниму ад.
Да, мы с Голубкой побывали в аду, зато потом нашли свой рай. Может быть, мы, двое грешников, и не заслужили такого счастья, но жаловаться я не собирался.
Выбраться куда? Думаешь, расправишь крылья и отправишься летать с другими ангелами? Нет никакого «после», есть только «сейчас»!
— В этом платье ты имеешь большой успех, — проговорил я, — И это, пожалуй, даже клёво — быть с девушкой, которую все хотят.
Один мудрец сказал:
— Величайшее наказание ада заключается в том, что его обитатели знают, что их страдания будут длиться вечно. Точно так же величайшее благо рая заключается в том, что его обитатели знают, что их блаженство будет длиться вечно.
В эту ночь я на самом дне темноты. Я немел, глядя в небо. Хотя там внутри лишь пустота. Я немел, когда пылали светом звёзды. Но сейчас для меня они всего лишь искры в небе. Куда я должен идти? Может, в рай? Может, в ад?
Из любопытства: сколько у вас первоклассных музыкантов на Небесах? Потому что Моцарт у нас. Бетховен, Шуберт, все Бахи...