— Лево руля! Право руля! Поднажали, ребята, прямой участок... Махмуд, ровнее. Класс! Я такого удовольствия не получал с тех пор, как впервые «Need for Speed» увидел!
— Развлекаешься, старый пень?!
— Лево руля! Право руля! Поднажали, ребята, прямой участок... Махмуд, ровнее. Класс! Я такого удовольствия не получал с тех пор, как впервые «Need for Speed» увидел!
— Развлекаешься, старый пень?!
Но хуже всех — тут Ксенобайт был прав — оказались ежики. Они пришли на рассвете и с астматическим пыхтением принялись топать по лагерю. Разворошив рюкзак, они сожрали всю колбасу, две таблетки сухого спирта и скрылись в тумане, укатив с собой три банки тушенки.
— А что будет, если МакМэд промахнется? — с любопытством спросила Внучка.
— Типун тебе на язык! — сурово пообещал Ксенобайт.
— Тут два варианта. Либо наши герои шмякнутся как раз посреди замка, что здоровья им, понятно, не добавит, либо — если будет недолет — превратятся в экзотическое граффити...
— Не-ет! Ксен, не кусай их! — завопила Внучка, бросаясь чернокнижнику под ноги.
Не ожидавший такого оборота Ксенобайт растянулся на мостовой. Орава «служителей культа» тут же накинулась на него, охаживая посохами и кадилом.
— Воды! Воды! — кричал кто-то.
— Шампанского! — взревел Ксенобайт, расшвыривая насевших на него монахов.
— Ой, — расстроенно вздохнула Внучка. — Ой, что будет...
Кто ходит в гости по утрам,
Тот поступает мудро.
Известно всем, тарам-парам,
На то оно и утро!
На то оно и утро!
Скучна вечерняя пора,
Хозяева зевают.
Но если гость пришёл с утра,
Такого не бывает!
Такого не бывает!
Да, если гость пришёл с утра, -
Ему спешить не надо.
Кричат хозяева «Ура!»,
Они ужасно рады.
Они ужасно рады!
Недаром солнце в гости к нам
Всегда приходит по утрам.
Тарам-парам, тарам-парам,
Ходите в гости по утрам.
Тарам-парам, тарам-парам,
Ходите в гости по утрам.
Ну можно ли представить мир без шуток?!
Да он без них не выживет и суток!..
Не сбрасывайте, братцы, со счетов
Спешащих к вам на выручку шутов!..
Мы живем в мире с бесконечно увеличивающимся населением, в котором каждый месяц с конвейера сходят все более красивые девушки.
— А ты, я вижу, не смеешься?
— Нет.
— Да ты посмотри, посмотри на экран! Разве не забавно? Видишь, как он полетел? Смотри, как он плюхнулся! Разве не смешно?
— Нет.
— Над упавшими смеются с тех пор, как стоит свет! А ты что же?
— Да ведь он ударился, ему больно!
— Весь принцип смешного как раз и состоит в падении, а ты от этого плачешь.
— А! О... (ужасается)
— Об этом говорил даже Чаплин. Лежит банановая кожура, подходит человек — и трах, он упал, поскользнувшись на кожуре. В зале смех. Это же как дважды два, а ты не смеешься.
— Нет.
— Ну, я тебе не нравлюсь, тебе не нравятся комические трюки, но ведь что-то тебе должно нравиться?
— (плача) Нееет!
— Спокойной ночи, это ужасно!
— Ужасно! (продолжает плакать)