Великими себя не возглашают.
Трудись упорно и трудов твои плоды
(Коль есть они …)
История быть может и признает.
И та же, в некотором роде,
Концепция верна и для «Великого Народа».
Хотя бесконечность — это абстрактное понятие, а конечность — конкретное, человек, когда это касается его собственной жизни, мечтает о первом и тяжело примиряется со вторым.
Любви просить любви взаимной не по нраву,
Она на смелость дерзкую в мечте имеет право.
И потому, когда вдали лишь о тебе мечтаю я,
В душе сказать я не боюсь тебе: моя, моя, моя!
Любимого человека любят не в результате сравнения его с другими людьми — его любят за то, что он такой, какой он есть.
Жизнь человека — ее выносит на берег бытия с пеной набегающей волны мирового океана, а спустя некоторое время, другая волна, откатываясь с тихим шелестом, забирает ее обратно...
О мудрый древний сфинкс — средь жизни суеты и круговерти,
Хранишь ты тайны бытия — рождения, любви и смерти.
Из камня сотворен, тебе до горестей и чаяний людских нет никакого дела...
Не воскресит поэзия того, чье сердце и душа в отсутствии любви окаменели.
Смешнее не видал сюжета я, могу признаться,
Когда герой в нем надевает маску самозванца.
Сходство между диктаторами и дирижерами заключается в том, что и те, и другие управляют, повернувшись к публике спиной.
Брожу по кладбищу любви, обители обманутой надежды.
Здесь нет забвения травы и боль терзает как и прежде.
Здесь неспокойные сердца, покинутых, в страданьи бьются.
Сюда не раз придется мне на тризну памяти вернуться.
Смешно убиваться, судьбу браня,
Поняв, что надежда — бред.
Конечно, ты можешь прожить без меня,
А я без тебя — нет.
Cлайд с цитатой