Аппетит приходит во время еды, но не уходит во время голода.
– Котлеты меняют мир? – недоверчиво протянула я. – И как же?
– Делают голодных людей сытыми, а раздражённых – благодушными. Не так уж это мало, как может показаться на первый взгляд.
Аппетит приходит во время еды, но не уходит во время голода.
– Котлеты меняют мир? – недоверчиво протянула я. – И как же?
– Делают голодных людей сытыми, а раздражённых – благодушными. Не так уж это мало, как может показаться на первый взгляд.
Нет человека, который был бы так глуп, чтобы время от времени не прикидываться дурачком.
Голод не тётка. Он дядька. Сердитый дядька с вилками вместо зубов, наждачным языком и кипящим желудком.
Я думал, что опустился на самое дно, как вдруг снизу постучали.
(Когда я думал, что уже достиг самого дна, снизу постучали.)
Состоятельные люди, только что поевшие до пресыщения, — самые недоверчивые, многие из них даже улыбаются, когда им расскажут про голодных бедняков, точно это была выдуманная шутка для послеобеденного развлечения.