И вот Белый Майк живёт в своей большой, пустой квартире, с отцом, которого почти не видит, а по ночам смотрит в окно и заставляет себя быть довольным. Он заставляет себя получать удовольствие от чтения или от телепередач, от приготовления еды или от стирки, от того, как тратит вырученные деньги или от вырезания из дерева крошечных птичек. Этим он сейчас и занимается за кухонным столом с помощью дорогого складного ножика ручной работы, который он сам купил. Все это принуждение.
— Мне кажется, я понимаю, почему ты не пьешь, — произнесла Элис. Они были в баре на Второй авеню; там обслуживали и подростков. Она пила коктейль «Космополитен», а он кофе.
— Почему? — спросил Белый Майк.
— Тебе нравится власть, которую ты ощущаешь, находясь все время трезвым среди всех остальных, совершенно обдолбанных.
— А сколько это — миллион? — размышляет Белый Майк. — Чего у нас бывают миллионы? Людей. Голубей. Центов. Все знают, что может натворить монетка в один цент, сброшенная с Эмпайр-стейт-билдинг. А вот если бы пошел дождь из монеток и падали бы миллионы центов, то эти крошечные бронзовые диски молниями устремились бы к земле, отражая солнечные лучи. Бронзовый дождь раздробил бы тротуар, оставив на нем кратеры, и все побежали бы спасаться. Так бы и набились под какой-нибудь навес и прижимались бы друг к другу. Если бы начался такой дождь.
Перед ним, на улице, стоят просто два безобидных парнишки, которые пытаются достать травки, развлечься, чем-то заполнить время, говорить, одеваться, ходить и жить определенным образом, потому что сами по себе они не круты, и не понятно, кто они такие и куда им двигаться. Всем, по большому счету, нечем заняться, всем в этом городе делать нечего, поэтому они делают одно и то же и разговаривают одинаковыми цитатами из мультиков своего детства (и как бы «Охотники за привидениями» намного лучше «Черепашек ниндзя»). Все хотят перепихнуться, считаться крутыми и быть в отличной спортивной форме, все просто хотят, хотят и хотят.
А вон и долгополый —
Стороночкой и за сугроб...
Что нынче не веселый,
Товарищ поп?
Помнишь, как бывало
Брюхом шел вперед,
И крестом сияло
Брюхо на народ?
Гуляет ветер, порхает снег.
Идут двенадцать человек.
Винтовок черные ремни
Кругом — огни, огни, огни...
В зубах цигарка, примят картуз,
На спину надо бубновый туз!
Свобода, свобода,
Эх, эх, без креста!
Тра-та-та!
Cлайд с цитатой