Это только кажется, будто время течет снаружи, на самом деле оно — внутри, и самые точные часы — там же.
Некоторые вещи кажутся настолько очевидными, что в голову не приходит лишний раз их обсуждать. Небо — сверху, земля — снизу, ходить следует, поочередно переставляя ноги, еду — класть в рот, детей — не бить, отправляться в книжные лавки — по ночам.
До семи вечера еще прорва времени, но я-то знаю, как ненадежна лукавая эта стихия; мне хорошо известно, что всякий час отличается от прочих, он может оказаться куда короче или, наоборот, длиннее, чем положено, и никогда заранее не знаешь, насколько вместительный час поступил в твое распоряжение.
Всё, что находится на виду, со временем утрачивает смысл, тогда как тайное, напротив, им прирастает.
Всё может в какой-то момент оказаться источником силы — и страсть, и ярость, и даже страх, но только не вина.
Считается, будто чужая глупость не заразна, но лично я всю жизнь думал иначе. И всякий раз, когда в трактире мне приносят кружку, вздрагиваю при мысли, что она недостаточно тщательно вымыта.
Считается, будто человека непременно надо околдовать, чтобы он перестал осознавать, что делает. Вздор. Подавляющее большинство отлично справляется с этой задачей, не прибегая к помощи злых колдунов...
Можно изменить привычки, мировоззрение, способы восприятия, даже воспоминания — нет проблем. Но собственный фундамент лучше не трогать. А то всё здание рухнет, не соберёшь.
Всё может в какой-то момент оказаться источником силы — и страсть, и ярость, и даже страх, но только не вина.
Представление о справедливости существует лишь в фантазиях образованных людей, природе же она совершенно не свойственна.
Cлайд с цитатой