– Ты даже не понимаешь, чего сейчас стоит попасть в лигу Плюща! Они даже азиатам отказывают!
– Это немного по-расистски, но...
– Ты даже не понимаешь, чего сейчас стоит попасть в лигу Плюща! Они даже азиатам отказывают!
– Это немного по-расистски, но...
– Что ты делала прошлой ночью?
– Ничего. Но, возможно, нам нужно найти новый супермаркет.
– Господи, надо же тренироваться! Вот зачем ты дала мне десерт? Это ж как надо меня ненавидеть?!
– Ох-ре-неть...
– Я трахнула Вин Дизеля, когда у него тут были съёмки «Форсаж 6».
– Ты трахнула Вин Дизеля?
– Ага.
– Винсента Дизеля?
– Может, это был и не Вин Дизель, но я точно трахнула лысого парня.
– Это просто возмутительно.
– Да! Но с другой стороны, она оставила много бабла, так что, думаю, я нажрусь!
Если мы отдадим это дело полиции, они просто выберут виновного. Скорее всего Маркеза, потому что его фамилия Маркез. Или Арбэтнота, из-за цвета кожи. Только вы можете обеспечить справедливость.
— Сэр, вы должны это увидеть. Трендится что-то новое: хэштег #копынемогутдушитьчерных.
— Да знаем мы что не можем, но мы стараемся! Боже, скажи, что мы работаем над этим!
— Нет, сэр. Подразумевается что нельзя, типа мы расисты и все такое.
Что касается расизма, то я человек, доверяющий своим инстинктам. Да, цветные зрители были взбешены «Грязным Гарри». Меня обвиняли в расизме из-за того, что в начале фильма негры грабят банк, но разве в жизни негры никогда не грабят банков? Я же не становлюсь из-за этого расистом. Между прочим, мой фильм дал работу четверым неграм-каскадерам, но на это не обратили внимания.
Ненавидеть человека за его происхождение – расизм. И любить человека за его происхождение – расизм.