Скажи... что именно происходит... между нами? Ты спасаешь меня, я тебя. Что? Ты был первым, кого я увидела, освободившись. Плен был так долог. Может быть... это мой первый опыт с Его творением. Ты всегда будешь для меня воплощением... сладостного триумфа... и ещё более сладостного сумасбродства. Дело рук Его. Этому незачем противиться. Меня это пленяет.
– Чего конкретно ты хочешь? Обещаешь миру блаженство и покой, но какая тебе выгода?
– Хочу получить своё.
– И что же?
– Всё.
– Всё?
– Я была началом... я же буду концом. Я буду всем сущим.
– Значит... это ты. Получается, ты Бог.
– Нет. Бог был свет, а я тьма.
– А что потом?
– Это всё, что тебе пока следует знать.
[Дин пытается убить Тьму ангельским клинком]
– Ты же понимал, что это бесполезно. Я знаю, что ты воин, борьба – это твой инстинкт, но... со мной нельзя бороться.
– Там что-то происходит.
– Как обычно.
– Это не обычно. Что-то изменилось.
– Может, папа заценил твои подвиги?
– Сопляк избалованный... Я жаждала уединения, а он популярности – вот и сотворил это всё, а когда я пожаловалась, он запихнул меня в яму на целую вечность с твоей помощью.
– Кончай скулить.
– Обнаглел.
– Это что такое?
– Будущее. Неизбежный итог нашей первой встречи. Ты чувствовал это с тех самых пор. Мы оба чувствовали. Мы связаны. Ты тот, кто освободил меня.
– Это вышло случайно.
– Так было предначертано. Ты носил метку, на мне самая первая метка. Мы с тобой будем вместе.
– Нет. Этого никогда не будет.
– Всё так просто, Дин. Мы станем едины. Почему ты не хочешь?
– Я рада снова увидеться, Дин, только... мне пора уходить. Передо мной лежит целый мир, и я могу попробовать его на вкус. Скоро... я наберусь сил и сделаю то, зачем пришла.
– Что именно?
– Сведу старые счёты. Самые старые счёты. Я же говорила.
– Ты права. Меня к тебе влечёт. И это дико меня беспокоит. Потому что это бесконтрольно.
– Так не сопротивляйся. Ты чувствуешь... что я финал твоей борьбы. Тебе что-то мешает. Не даёт раствориться в этом.
– В этом месте, в этом мире тебе пришлось совсем нелегко. Подумай над моим предложением.
– Мир не идеальный, тут я согласен, но я ещё не готов с ним попрощаться.
– Но ты всё равно с ним простишься. Это неизбежно. Мой брат меня больше не остановит. Не сумеет. Дин... отрекись от своей ничтожности... от человеческого... стань безграничен внутри меня.
— Тебя радуют мои успехи. Но я не чувствую в тебе способности быть доброй или заботливой.
— За доброту обнимают, но не допускают за стол к большим боссам.
— Это твоя история. Не моя. А на самом деле ты заточил меня, не позволил мне существовать в этом мире, потому что не выносил меня. Нет, мы были равны. Мы не были великими или могущественными, потому что мы были равны друг другу. Думаешь, ты создал архангелов, чтобы нести свет? Нет. Ты создал тех, кто ниже тебя, чтобы встать выше их, чтобы стать их Владыкой. Ты эгоист! Ты хотел стать великим.
— Это правда. Но это не вся правда. Акт творения несёт в себе ценность и блаженство,... гораздо более значимые и подлинные, чем мои гордость и эгоизм. Называй это благодатью. Бытием! Мироздание — не творение рук моих. Оно всегда было... и пробивалось наружу. Оно существовало, так же, как ты и я. Как только ты вышла на волю, ты тоже это почувствовала. Увидела.
Cлайд с цитатой