— А какой же у тебя мотив? Полиция уже едет. Что же ты им скажешь?
— Поддался давлению. Я слишком чувствительный.
— Вы больные отморозки, помешанные на фильмах.
— Не смей винить фильмы! Не они создают психов, они лишь делают их более изобретательными.
— Почему? Почему вы убили мою мать?
— Почему? Ты это слышал? Кажется, ей нужен мотив. Я не особо верю в мотивы, Сид. Разве у Нормана Бэйтса был мотив? Нет. А разве нам объяснили, почему Ганнибалу Лектеру нравилось есть людей? Я так не думаю! Без мотива все гораздо страшнее, Сид.
— Ты как Дожди Фостер в молчании ягнят, когда она постоянно вспоминает умершего отца.
— Но это жизнь. Это не кино.
— Вовсе нет, Сид. Конечно, кино. Это всё один большой фильм. Вот только жанр ты выбрать не можешь.
Как известно, кочевые племена шли на Европу за новыми впечатлениями и свежими женщинами. Трудно осуждать за это дикие орды. Ну какие развлечения в степях – пустошь да тоска кругом. А дамского населения и вовсе недостача. Где, скажите, найти в степи хоть какую-нибудь барышню, не то что хорошенькую? Кобылы, телки да ковыль. Так что кочевников гнала с насиженных пастбищ не историческая миссия, а чисто практическая задача: развлечься пожарищами завоеванных городов, заодно присмотрев себе двух-трех жен или рабынь.
Но вот какая зараза обращает городских жителей в толпы странников и гонит на дачу – науке неизвестно.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Вечер был лучше, чем я ожидала. Но я пойму, как к тебе отношусь, когда немножко протрезвею.
Баба, фраер, чисто мент — пирожок для вора,
Келешуй, браток, момент, вот тебе контора,
Замутить их надо в дело, чтобы рыбку съели смело,
И рамсы втереть умело, что к чему.
Cлайд с цитатой