Михаил Леонидович Анчаров

Она была во всём права -

И даже в том, что сделала.

А он сидел, дышал едва,

И были губы белые.

И были чёрные глаза,

И были руки синие.

И были чёрные глаза

Пустынными пустынями.

И стала пятаком луна,

Подруга полумесяца,

Когда потом ушла она,

А он решил повеситься.

И шантажом гремела ночь,

Улыбочкой приправленным.

И шантажом гремела ночь

И пустырем отравленным.

Устал считать улыбку злом,

А доброту — смущением.

Устал считать себя козлом

Любого отпущения.

Двенадцать падает.

Пора! Дорога в темень шастает.

Двенадцать падает.

Пора! Забудь меня, глазастого!