Он целовал мою шею, легко проводя подушечками пальцев по моему телу.
— Адам, уйди. Я хочу побыть одна.
— Почему ты всегда ведешь себя со мной, как стерва?
— О чем ты? Я стараюсь показать свои лучшее качества, – помотала я головой, и наслаждаясь его прикосновениями.
— Стервозность? – со смешком спросил он.
— Это то лучшее, что есть во мне.
— Ты естественная. – Он положил руки на мою талию и притянул к себе.
— Единственное естественное во мне — это стервозность.
Он был так же упрям, как и я. Не плелся за мной, как щенок. Он был мужчиной. Он сам по себе, но кроме этого поблизости с другими.
— Знаешь, когда ты живешь в таком городе, как Нью-Йорк, и встречаешься со многими женщинами, со временем это все так приедается, что в конечном итоге однажды ты встречаешь женщину, которая не смотрит на тебя. И потом ты понимаешь, что тебе нужна та, которая просто сможет тебя рассмешить.
Я легко поцеловала его в губы.
— Мне кажется, я не создана для семейной жизни, – покачала я головой.
— Ты создана для меня, Донна, и мы со всем разберемся.
Адам с отцом смотрели футбол, сидя на диване. Я остановилась в дверях и наблюдала за ним. Никогда не понимала, как женщины могут любоваться своими мужчинами, тем, как они спят, едят, смотрят телевизор или на тебя, но теперь я не могла насмотреться на этого мужчину. Он обернулся, будто почувствовал меня, и мы застыли. Отец Адама обернувшись, посмотрел на меня и улыбнулся, после чего встал и направился на кухню. Я подошла и села возле Адама. Обняла его, уткнувшись лицом ему в плечо. Он прижал меня к себе, и зарылся в мои волосы.
— Хочешь, можем съездить к ней? – спросил он. – Увидишь, что я не такое чудовище.
— Я не считаю тебя чудовищем, Адам. Возможно, слишком самоуверенным, высокомерным, самодовольным, но не чудовищем.
Извечный двойной стандарт: агрессивные мужчины — это требовательные начальники, сильные люди, добивающиеся своих целей, и так далее, итому подобное. А агрессивные женщины — стервы.
— Чем ты занята? — спросил он.
Я улыбнулась и ответила:
— Отдыхаю. От тебя.
— Врунишка, — сказал он, смеясь. — Ты скучаешь по мне. Хоть скорее умрешь, чем признаешься в этом.
Иногда приходится быть высокомерной стервой, чтобы выжить. Иногда женщина только тем и держится, что она стерва.
— Что ты творишь, идиот? Что за представление ты там устроил? Я не одна из твоих девочек, которая голову потеряет от того, что ты прижал ее к себе, усек? — прошипела я сквозь зубы, ворвавшись в кабинет Адама спустя час.
Я пыталась остыть, правда, у меня плохо получилось.
Он лишь усмехнулся, подошел ко мне, поднял за талию и усадил на стол, становясь между моих ног.
— Ты очень сексуальна, когда злишься, ты знала об этом? – провел он рукой по моей щеке. — Я хочу бросить тебя на свою постель. Пробовать на вкус, целуя каждый сантиметр твоего тела. Затем довести до такого состояния и заставить тебя кончить столько раз, чтоб единственное, что ты могла — это кричать мое имя. Но я не трону тебя больше, пока ты сама не попросишь. Я завоюю твое доверие и твою любовь. Ты женщина, которую я люблю, и если тебе нужно это доказывать, то я готов.
— Какого черта ты ненавидишь меня? Мы еще даже не трахались, а я тебе уже противен. Ты меня не хочешь, и не пытаешься привлечь моё внимание, понял, — помотал он головой. — Но что я сделал не так, что ты бесишься от одного моего присутствия?
— Просто ты не единственный мужик на этой планете. И если бывает любовь с первого взгляда, то почему не может быть неприязни?
Cлайд с цитатой