Знаки и символы правят миром, а не слово и закон.
Нельзя пытаться сберечь мир от перемен. Изменчивость — закон жизни.
Знаки и символы правят миром, а не слово и закон.
Раньше я слушал слова людей и верил в их дела. Теперь же я слушаю слова людей и смотрю на их дела.
Жизнь такова, что люди губят друг друга порой, даже не осознавая этого, и пока человечество правит этой землёй — будет жить и ненависть. Сей бренный мир сам собой отвергает истинный мир.
Чем меньше человек говорит, тем больше он выигрывает: люди начинают думать, что он не лишён ума, а если к тому же он действительно неглуп, все верят, что он весьма умён.
Человека делает человеком в большей степени то, о чем он умалчивает, нежели то, что говорит.
Кто преступает веление государства, тот считается таким же преступником, как и преступающий заповеди Божии – это взгляд, который удержался еще со времен господства церкви. Бог – свят сам по себе, и заповеди церкви, как и государства, – заповеди этого святого; он дает их миру через посредство своих помазанников и деспотов, венчанных «Божией милостью». Если церковь имела смертный грех, то государство имеет «достойных казни» преступников, если первая имела еретиков, то второе имеет государственных изменников, если первая налагала церковные наказания, то государство налагает уголовные кары; церковь вела инквизиционные процессы, государство – фискальные; словом, в церкви – грехи, в государстве – преступления, в церкви – инквизиция и в государстве – инквизиция. Но не настанет ли час, когда и святость государственности падет, подобно церковной? Страх перед его законом, благоговение перед его величием, покорность его «подданных», долго ли еще продержится это все? Не исказится ли, наконец, «святой лик»?