— Помнишь тот уикэнд, когда самолет Джон-Джона разбился?
— Его все время показывали на пляже. Без рубашки. Я даже не знал, дрочить или плакать.
— Не хочу я быть святым! Я хочу быть безжалостным бессердечным козлом, который трахает всех, кого захочет, без малейших угрызений совести!
— Извини, но это место уже занято.
— У меня всегда была слабость к мужчинам в форме.
— А у меня всегда к ним какая-то твердость...
— Ты когда-нибудь ходил на настоящее свидание?
— Ага. Кончилось тем, что я трахнул официанта.
— Почему? Почему я всегда отдаю своё сердце каким-то отбросам?
— Потому что ты ищешь большое чувство на свалке.
— Я не ребёнок. Мне скоро будет восемнадцать, и я смогу жениться, пойти в армию и голосовать.
— Надеюсь, не в один и тот же день.
Если это хоть как-то демонстрирует твою технику, то я удивляюсь, почему у тебя всё ещё есть бойфрэнд.
— У меня все еще эрекция.
— Эрекция? Что это значит?
— Вот что это значит! Я принял таблетку! Восемнадцать часов уже стоит. Что мне делать?
— Ты пробовал подрочить?
— Может лучше холодный душ?
— Может быть, напугать его? Бууу!
— Может, показать ему то, на что у него опустится сразу?
— Да, покажите ему сиськи!
— Перестань, Брайн.
— Ты хорош, конечно, ты говорил, что два часа. Ну, делать-то мне что?
— Слушай, а попытайся это использовать в понедельник.
— Почему в понедельник?
— Потому что в понедельник поднимается флаг!
— А ты знаешь, чем он занимается в твое отсутствие?
— Да.
— И тебя это не беспокоит?
— В его возрасте я трахал все, что шевелится.
— Ты и сейчас это делаешь.
Cлайд с цитатой