— Больно? — спросила девушка.
— Ага. Если честно, то очень.
— Вот и хорошо, — удовлетворенно отозвалась Ивэйн.
Юноша бессознательно перебирал пальцами мокрые волосы звезды. Он сидел и дивился, почему же ему понадобилось так много времени, чтобы понять, что он любит ее. Он спросил об этом — и она обозвала его идиотом, а он заявил, что ни один мужчина никогда не слышал от дамы слов прекраснее.
– Знаешь, что бы я сделал на твоем месте?
– Нет, – с надеждой отозвался Тристран. – А что?
Коротышка вытер нос пятерней.
– Я бы предложил этой леди пойти в свинарник, а потом нашел бы другую девушку, которая согласилась бы с тобой целоваться, не требуя склонить к её ногам всю вселенную.
... юноша чувствовал, будто они двое занимают одно место во вселенной. Как если бы на один великолепный, всепоглощающий миг они стали единым существом, дающим и принимающим, как звезды, что сливаются с предрассветным небом.
Если смотреть достаточно близко, чёрное не такое уж чёрное — а белое не такое уж белое.
Нескладное, долговязое создание с огромным внутренним потенциалом, он был бочкой динамита, ожидающей, что некто или нечто однажды подожжёт фитиль...
— А вот за руны спасибо, братец, — поблагодарил он, похлопав труп по спине.
— Чтоб тебе подавиться ими, если не отомстишь подлой суке, которая перерезала мне глотку, — ответил Праймус, и его голос прозвучал щебетом горных птиц, которые, проснувшись, приветствуют новый день.
Но я совершенно не хочу быть лордом чего бы то ни было! И вообще не хочу владеть ничем, кроме… кроме сердца моей леди.
Cлайд с цитатой