У медленных мозгов — шустрый язык.
— Как книга должна зажечь меч?
— Может, это инструкция?
— На неизвестном мне, древнем языке! Чудесно! Держи.
— Что? Я тоже не могу это прочесть.
— Но ты говоришь на всех языках.
— Говорю, а не читаю. Язык мне всегда пригождался больше книг.
Любовь – это то, что может разбить сердце, а также единственная, кто может снова склеить его осколки.
Невозможно использовать поезда в качестве метафор, если поездов нет. [Автор указывает на «А. Эйнштейн. О специальной и общей теории относительности (общедоступное изложение). 1917»]
Может ли существовать мысль без языка, на котором ее можно подумать? Как язык (или метафора) влияют на мысль? Если бы не было вечера, никто бы не сравнивал его со старостью.
— У моего брата мозг ученого или истинного философа, но он предпочел стать детективом. Что можно заключить о его сердце?
— Я не знаю.
— Я тоже. Но сначала он хотел быть пиратом.
Cлайд с цитатой