Она и есть Смерть, Кай, и ты – ее Посланник.
– Может, ты отпустишь меня, в конце концов?
– А может, ты признаешь, что на самом деле не хочешь, чтобы я отпускал тебя?
Она и есть Смерть, Кай, и ты – ее Посланник.
– Может, ты отпустишь меня, в конце концов?
– А может, ты признаешь, что на самом деле не хочешь, чтобы я отпускал тебя?
Ты чуть не убил меня! То есть, не ты, а Анна… Она не просто твой демон. Я… Я видела такое… Ты ее создал. Но как? Анна – это ты, ты это Анна. Вы словно две стороны одной медали, и я даже не знаю, кто из вас хуже!
Мейсон, вот объясни мне, почему у некоторых парней такая внешность, что я хочу их украсть, запереть в подвале и называть Моя Прелесть?
В ответ парень только смерил подругу странным взглядом, но так ничего и не сказал.
– Я не убиваю людей, – с тех пор, как она появилась, Кай повторил эту фразу, наверное, в сотый раз. – Они умирают, когда наступает их время. А я прихожу лишь для того, чтоб забрать души и указать дальнейший путь.
– Любой смертный вряд ли согласится с тобой. Для них ты – просто убийца, который сначала забирает тех, кого они любят, а потом и их самих. Но если ты считаешь, что это не так…
– Я не убиваю людей, – с тех пор, как она появилась, Кай повторил эту фразу, наверное, в сотый раз. – Они умирают, когда наступает их время. А я прихожу лишь для того, чтоб забрать души и указать дальнейший путь.
– Любой смертный вряд ли согласится с тобой. Для них ты – просто убийца, который сначала забирает тех, кого они любят, а потом и их самих. Но если ты считаешь, что это не так…
Можно пытаться закрыть двери неподходящим ключом. Можно даже думать, что ты их закрыл. Но они все равно будут открыты. Так ведь? Впрочем, мне не пришлось ничего ломать. Меня здесь нет, Кай… Оглянись вокруг… Где ты?