Я сама себе порой завидую. Думаю, как хорошо, что я — это я. Бывает смотрю на себя и думаю: «Какая клёвая тёлка!» А потом выходит, что эта тёлка — это же я!
Человек, влюбленный в самого себя, не оставляет места влюбленности для другого.
Я сама себе порой завидую. Думаю, как хорошо, что я — это я. Бывает смотрю на себя и думаю: «Какая клёвая тёлка!» А потом выходит, что эта тёлка — это же я!
— Если бы мы сказали тебе правду, что ты верно поставил диагноз без единого медицинского доказательства, ты бы решил, что ты Бог. И я боялся, что ты подпалишь крылья.
— Бог не хромает.
Влюбленность — это настолько хорошо, что даже самовлюбленность не может быть чем-то плохим.
Но в этой любви к самой себе и заключался секрет ее обаяния и ее власти над мужчинами. Она так любовалась собою, так холила изящество своего облика и прелесть всей своей особи, выискивая и находя все, что могло еще больше подчеркнуть их, так подбирала неуловимые оттенки, делавшие ее чары еще неотразимее, а глаза — еще необыкновеннее, и так искусно прибегала ко всем уловкам, украшавшим ее в собственном мнении, что исподволь находила все то, что могло понравится окружающим.
— Упаси, Господи! Я люблю ходить голая, пить бренди и много курить. Я люблю болтать по телефону и спать до обеда. У нас другой образ жизни и разные взгляды на то, что хорошо, а что никуда не годится. Лучше уж в полтора раза больше платить, чем жить в одной квартире с чужой матерью!