В бензиновой радуге стынут дома,
Ты – всё, что осталось от красоты,
Костлявая осени нагота.
В бензиновой радуге стынут дома,
Ты – всё, что осталось от красоты,
Костлявая осени нагота.
Ты моя радость, Ты моя печаль,
Без тебя я останусь как разбитый хрусталь.
Нам вместе хорошо. Зачем любовь нам терять,
Если мы не можем ночью, друг без друга спать.
Открой мне дверь и я войду,
И принесу с собою осень.
И если ты меня попросишь,
Тебе отдам её я всю.
Скажите ей, что я ушёл,
И что не смог её дождаться.
Лишь октября зажёг костёр,
Чтобы хоть как-то попрощаться.
Ты — мои слёзы, ты — моё сердце,
Ты — частичка тепла, никуда мне не деться.
Моя жизнь — только ты, от тебя она зависит,
И если ты уйдёшь, на волоске она повиснет.
Я касаюсь твоих губ, я касаюсь твоих плеч,
Теплоту твоих глаз я хочу в душе сберечь.
Не держи меня, пожалуйста, когда я ухожу,
Ведь я целиком и полностью тебе принадлежу.
Вздрогнет крылом птенца небо,
Уронит на землю голубые крохи.
Вырвутся из травы плена
К облакам васильков вздохи.
Выкипит льдинкой лето
На жарких детских ладонях,
Созреет колосьями лунного света,
В дождях проливных утонет.
И полетят по остывающим небесам
Дней сентября лоскуты золотые,
А дальше — ты знаешь сам -
Осень, глаза пустые...
Пойдём в эту теплую осень, в туман,
В город, усыпанный листьями, в море огней
Показывал зарево в звездах небесный экран,
Пока жизнь приятна, давай насладимся ей.
Ах, Александр Сергеевич, милый,
Ну что же вы нам ничего не сказали...
О том, как дышали, искали, любили,
О том, что в последнюю осень Вы знали.
Чандни, ты — дуновение ветерка, слеза разлуки, ты — биение сердца, слеза радости. Когда я вспоминаю тебя, кругом расцветают цветы, если встает солнце, то кажется, что ты купаешься в его лучах, а я тону в твоих глазах. Кажется, что в солнечный день на землю спустилась луна. На закате солнечные лучи превращают тебя в прекрасный цветок, и я пропитываюсь твоим ароматом. Когда землю накрывает своим покрывалом ночь, клянусь, я думаю о тебе. Я смотрю на луну и вижу тебя, закрываю глаза, и в мое сердце входит лунный свет, слышишь, Чандни? Я твой, только твой.