— Тебе лучше решиться, сынок, потому что если ты не выйдешь…
— Что? Что случится, если я не выйду?!
— Ты станешь трусом.
— И будешь носить это клеймо до самой смерти!
— Все и всюду будут говорить «Клинт Иствуд — самый большой трус на всём Западе!»
— Тебе лучше решиться, сынок, потому что если ты не выйдешь…
— Что? Что случится, если я не выйду?!
— Ты станешь трусом.
— И будешь носить это клеймо до самой смерти!
— Все и всюду будут говорить «Клинт Иствуд — самый большой трус на всём Западе!»
— Никто не смеет называть меня цыпленком.
— Давай с этим покончим, прямо сейчас!
— Не сейчас Бьюфорд, маршал забрал у нас оружие.
— Я и сказал: покончим с этим завтра!
— Завтра мы грабим станцию в Пайн-Сити...
— А понедельник? Понедельник занят?
— Понедельник свободен. Убей его в понедельник!
— Тебе нужно сделать что-то с этой одеждой. Если будешь так ходить по городу — пристрелят.
— Или повесят.
— Какой идиот тебя в это вырядил?
— Ты!
— Ты должен мне денег, кузнец!
— С чего ты решил?
— У лошади отскочила подкова. Это ты подковал ее, значит, тебе и отвечать.
— Что ж, поскольку ты мне не заплатил за работу, получается, мы квиты.
Док, сам подумай, что ты ей скажешь? «Я отправляюсь назад в будущее»? Она не поймёт тебя! Я с тобой вон сколько и то не понимаю...
— Ребята, только посмотрите, какие у него белые зубы. Такие зубы, наверное, можно только в магазине купить!
— Взгляните на его мокасины! Из какой же они кожи? Что на них написано?
— «Nike». Что это? Какое-то индейское наречье?
— Сколько он уже выпил?
— Ни одной. Это первая и он к ней еще не притронулся. Ему нравится ее держать.