Что движет тобой, человечишка? Страх или отвага? Некуда бежать. Отдай мне искру, глупыш, и я оставлю тебя в живых.
— Правительство, Сектор 7.
— Не слышал…
— И не услышите.
Что движет тобой, человечишка? Страх или отвага? Некуда бежать. Отдай мне искру, глупыш, и я оставлю тебя в живых.
— Как житуха, сучата? А здесь можно клёво оттянуться!
— Где он таких слов набрался?
— Мы учили земные языки в вашей Всемирной паутине.
— Всё прошло удачно.
— Мы упустили мальчишку, хозяин. Автоботы включили режим маскировки.
— На тебя нельзя положиться. Ты не способен прихлопнуть даже эту букашку!
— Одну букашку из семи миллиардов. Он может быть где угодно!
— Тогда мы заставим других найти его для нас. Миру пора узнать о нашем существовании. Больше никакого притворства, никакого милосердия. Пора здесь появиться моему повелителю!
Утратив Искру, мы лишились возможности вернуть нашу планету к жизни. Но судьба в награду подарила нам новый мир, который мы назовём своим домом. Теперь мы живём среди людей, скрывая свое истинное лицо, и тайно за ними наблюдаем… Ждём, защищаем. Я увидел, на какую отвагу они способны, и хотя нас разделяют миры, с ними, как и с нами всё не так проcто и очевидно, как кажется на первый взгляд. Я — Оптимус Прайм, и я обращаюсь ко всем выжившим Автоботам, укрывшимся среди звёзд. Мы здесь. Мы ждём.
— Учитывая покраску...
— Краска вообще облупилась!
— Но она же ручная!
— Облупилась что ли вручную?!
— ... Описание объекта. Надпись на хвосте: «4500 Икс-Рэй».
— Сэр, здесь сказано, что «4500 Икс-Рэй» был сбит три месяца назад в Афганистане.
— Наверное, ошибка. Проверь ещё раз.
— Я так и сделал, сэр. На этом вертолете был мой друг.
Ты какой-то ершистый сегодня, Сэм! Ты что, мастурбировал? Ну если стесняешься, мы можем назвать это как-то по-другому. Например, Сэм кормит зверя…
Меня зовут Сэм Уитвики. Кто бы это не нашёл, но машина ожила, ясно? Видели это? Это мои последние слова. Я просто хочу сказать, что… Мама, пап, я люблю вас, и если вы найдёте сисястых красоток — это не мои, это журналы Майлза… Нет, нет, подождите. Это неправда. Это мои, дядя Чарльз дал их мне, простите. Моджо, я люблю тебя.