— Женщины все портят!
— Это ты сейчас так говоришь, а когда подрастешь, будешь об этом только думать.
— Женщины все портят!
— Это ты сейчас так говоришь, а когда подрастешь, будешь об этом только думать.
— Папа, а что такое климакс?
— Сынок, климакс — это когда аиста, который приносит детей, подстреливают пьяные охотники.
— Тепло, нет холодно, холоднее, совсем холодно.
— Ты знаешь, где мои ключи?
— Нет, я о твоем завтраке.
— Я думал, что мы едем завтракать.
— Сначала навестим дедушку.
— Так не честно! Мы только что были в церкви!
— Да, и мы уже слышали все истории тысячелетней давности о событиях, которых никогда не было.
— Меня исключили из школы.
— Не думай, что ты будешь весь день валяться на диване и смотреть телевизор — это мой удел!
Ты только что бросил милейшую и прекраснейшую женщину, о которой только можно мечтать. За десять лет она ни разу не съела последний кусок пиццы и никогда не жаловалась. На всех выборах она хотела голосовать за обоих кандидатов, потому что оба милые. Она светится изнутри, и мир вокруг становится лучше.
Сын, женщина — она как бутылка пива. Хорошо пахнет, радует глаз, через собственную мать переступишь, чтобы до нее добраться. Но одной всегда мало. Тебе всегда будет хотеться выпить еще одну женщину.
— Ты притащил нас сюда попрошайничать?
— Сынок, когда ты попрошайничаешь у друзей, это называется халява.
— Что скажешь, Барт? Хочешь новую жаровню во дворе?
— А я могу сжигать в ней вещдоки?
— Мы все будем сжигать в ней вещдоки.
— Точные результаты выборов сообщат через две недели.
— Так долго?!
— Не нравится — езжай в Россию!
— Не буду больше работать — работа для дураков.
— Я горжусь тобою, сынок, я был вдвое старше, когда понял это...